б. Второе посещение братьями Египта (гл. 43)
43:1-7. Голод продолжался, и семья
Иакова снова ощутила острую нужду в хлебе. Однако на этот раз Вениамин должен
был идти с братьями в Египет. С проникновенной речью к отцу обращается Иуда,
выступающий на первый план, как бы предваряя будущее признание за ним Иаковом
права на первородство (49:8-11). Как и Рувим, он мог говорить с более чистой
совестью, ибо эти два брата не желали в свое время смерти Иосифа и даже сделали
все, что могли, чтобы спасти его. Иуда напоминает отцу о том, что без Вениамина
их долгий путь в Египет будет напрасным. Иаков продолжал упорствовать и
упрекать сыновей: для чего вы сделали мне такое зло, сказав тому человеку, что
у вас есть еще один брат?
Он
говорил это, пытаясь уклониться от решения, которого так боялся. И все же он
вынужден будет отпустить Вениамина, чтобы братья могли возвратиться в Египет.
Иначе все они умрут с голоду.
43:8-14. Иуда вывел переговоры из "тупика"
трогательным предложением до конца жизни взять на себя вину, если не приведет
Вениамина назад к отцу. Четвертый сын Иакова (Иуда; 29:31-35) возымел успех
там, где старший сын(Рувим) потерпел неудачу (42:37), и Beниамии пошел со своими братьями в
Египет. В свое время Иуда "придумал" продать Иосифа в Египет
(37:26-27). Теперь он убедил отца и повел Вениамина к Иосифу.
Израиль,
отец их, предложил им взять плодов их земли в дар тому человеку: а бальзам мед
ладан, благовонную смолу стираксового дерева, фисташковые и миндальные орехи.
Возможно, все это было редкостью в Египте (ср. с 37:25). Они взяли также
вдвойне серебра, чтобы уплатить им за новый хлеб, а прежнее, которое нашли в
своих мешках, — возвратить. Иаков смирился с мучительным риском потери
Вениамина, еще одного — после Иосифа и Симеона — сына.
43:15-30. Братья поспешили в Египет,
Иосиф, увидя их и среди них — Вениамина, велел привести их к себе в дом. Новое
испытание для сыновей Иакова: они испугались, что в доме на них нападут и
обвинив в воровстве, сделают рабами. Подойдя к домоправителю Иосифа, они
доверительно рассказали ему о серебре, которое обнаружили у себя в мешках,
когда возвращались домой в первый раз. Выслушав их, начальник дома Иосифов
успокоил их: Бог ваш дал вам то серебро, а деньги, уплаченные вами, дошли до
меня. (Очевидно, Иосиф расположил сердце своего домоправителя к истинному
Богу.) Затем он привел к ним Симеона (ст. 23). А в полдень одиннадцать братьев
Иосифа были приглашены им на обед. И когда они предложили Иосифу свои дары, то
поклонились ему до земли — во исполнение сна Иосифова (37:7). При виде
Вениамина, который был ему братом не только по отцу, но и по матери, Иосиф
пришел в такое сильное волнение, что вынужден был выйти в другую комнату, и там
плакал.
43:31-34. Иосифу подали кушанье
отдельно от братьев и от других гостей-Египтян. Как первый в стране после
фараона, через жену породнившийся к тому же со жреческим домом, он не мог, по
обычаю, вкушать пищу вместе с другими, даже высокопоставленными людьми. Что
касается "отделенности" братьев Иосифа от других его гостей, то
употребленное здесь слово мерзость соответствует в библейском контексте
религиозно-ритуальному понятию; в данном случае подразумевалось, что египтяне,
которым вообще запрещалось есть за одним столом с чужестранцами, чуждались
евреев и из соображений религиозных. Нечто смутившее их таилось для братьев и в
том, как рассадил их Иосиф, а именно по принципу старшинства.
Однако
во всех событиях, сопряженных с этим "визитом", братья в конечном
счете не могли не почувствовать милостивого обращения с ними—через этого
удивительного "египтянина" — Самого Господа Бога (ст. 16,27,29,34).
Эта глава есть предвкушение будущего, потому что как позже скажет об этом Иосиф
(45:5), Бог послал его в Египет "впереди братьев" ради сохранения их
жизни.
| 